Питомник растений открывается 18 апреля

Основатели Школы ландшафтного дизайна МГУ

Ожегов Сергей Сергеевич

Меня попросили написать об отце, Сергее Сергеевиче Ожегове, как об одном из известных выпускников Московского Архитектурного института.

Его профессиональная и научная карьеры действительно сложились успешно. Папа автор свыше шестидесяти проектов и построек, за которые получил высокие государственные награды. Он заслуженный деятель искусств Узбекской и Якутской ССР, лауреат государственной премии Узбекистана имени Хамзы Хакимзаде Ниязи, которой очень гордиться, и автор многочисленных статей для журналов, энциклопедий и многотомных изданий, альбомов и книг на русском, английском и немецком языках. В начале 1980-х отец работал в Организации Объединённых Наций в должности заместителя директора вновь образованного центра ООН по населенным пунктам — Хабитат. То есть, стоял у истоков формирования всемирного Плана устойчивого развития населённых пунктов. Наверное, поэтому он и привёз в Россию представление о ландшафтной архитектуре как о профессии, работающей с широким спектром типологий открытых пространств, и сегодня я работаю на кафедре Ландшафтная архитектура, которую он возглавлял почти десять лет. Но в небольшой статье хотелось бы рассказать о преподавательском таланте отца и о его связи с двумя особенно дорогими сердцу ВУЗами — МАРХИ и Рангунским Технологическим институтом.

Отец поступил в Московский архитектурный институт в 1946 году. Их курс был первым послевоенным и учившиеся на нём студенты в большинстве своём носили военную форму. На их долю выпало восстанавливать страну после страшной войны, которую они же выиграли. Однокурсники отца остаются в моей памяти как люди с исключительно высокой жизненной планкой — смелостью, порядочностью, дисциплиной и жизнелюбием. Это был курс на котором учились Михаил Ушац (мы пишем "Ушац" ежечасно, лишь потому, что в наши дни "Борис Блохин" писать опасно, Борис Николаевич Блохин был всеми студентами уважаемый и любимый профессор и вновь назначенный проректор по учебной части, вот поэтому и опасно), Воля Косаржевский, Юлий Ранинский и Игорь Покровский (они были душой мархишной самодеятельности и создателями гремевшего на всю Москву Кохинора). Однокашниками и друзьями отца были Роман Топуридзе, Швидковские, Юрий Короев, Николай Миловидов, Белоусовы (все известные имена и фамилии, ставшие уже архитектурными династиями). Наверное, об этих замечательных и талантливых людях можно было бы писать бесконечные романы и рассказывать истории и мне очень повезло, что моя жизнь начиналась в таком блестящем окружении.

Отец всегда очень хорошо учился, его школьные дневники, в которых не было других оценок кроме "отлично", были для меня вечным упрёком. Демобилизовавшись папа поступил на подготовительные курсы Архитектурного института, попав в окружение таких же вчерашних солдат. Им, ушедшим воевать со школьной скамьи, надо было многое вспомнить. Друг отца и профессор МАРХИ Лев Васильевич Андреев рассказал когда-то такой анекдот. Преподавателем русского языка на подготовительных курсах был седоусый офицер, служивший ещё в царской армии. Первым заданием было сочинение, которое совершенно без ошибок написали только двое Лев Васильевич и папа. Глядя на сержанта Андреева, кавалера боевых наград, в числе которых был Орден Славы, старый офицер сказал: "На мои занятия Вы можете не ходить". "А я?" — спросил, широко улыбаясь, папа. "А Вы, Ожегов, походите!" — ответил офицер совсем молоденькому рядовому. Впрочем, отец так и остался отличником, закончив институт неизменным сталинским стипендиатом.

Диплом он защищал у Алексея Александровича Зубина на тему "Станция искусственного климата в Сухуми", к слову сказать, это была одна из тем творческих конкурсов, которые объявлялись в те годы в большом количестве и которые действительно выявляли таланты. После института папа много работал со своим хорошим другом Николаем Николаевичем Миловидовым (автор мемориала Брестская крепость и памятника Лермонтову в Москве). И они, конечно, делали огромное количество конкурсов, побеждали и таким образом зарабатывали. Некоторые из таких побед стали замечательными постройками и памятниками. Мой отец всегда считал, что участие в творческих конкурсах очень важная, если не главная, составляющая архитектурного образования. В 1957 году в Москве проходил Международный Фестиваль Молодёжи и Студентов. Вместе Юлием Владимировичем Ранинским они рисовали открытки "Привет из Москвы" и делали конкурсные проекты на оформление московских улиц и бульваров к фестивалю. Папа очень любит вспоминать это время. А последний конкурс они делали вместе (они это Ранинский, Косаржевский, Миловидов и папа) уже в 90-х. Это был конкурс на монумент на Поклонной горе, когда-то, ещё а конце 50-х, если не ошибаюсь, они выиграли его, или заняли призовое место, и вот через десятилетия собрались снова вместе. Это было здорово! Мы помогали им, рабствовали, с Женей Полянцевым (Полянцев Евгений Вадимович академик МААМ и профессор МАРХИ). После конкурса остался гипсовый солдат — часть макета монумента с огромным развивающимся знаменем.

Ещё одним источником вдохновения и очень важной частью жизни отец считал путешествия. Первым по настоящему творческим путешествием была поездка по Узбекистану. Папа хорошо знал эти места, в начале войны они были там с бабушкой в эвакуации. В 1951 году в Бухару, Ташкент и Самарканд поехали члены Студенческого Научного Общества МАРХИ Ожегов и Ранинский.


Самарканд, 1951 г.


Самарканд, 1951 г.

Из поездки они привезли уникальные обмеры деревянных старинных жилых домов и колоссальное количество рисунков и акварелей. И любовь к Узбекистану, которая осталась на всю жизнь.


Монумент в Технологическом институте, 1960 г.

Вторым путешествием длиною в жизнь была командировка в Бирму. Но сначала были защита кандидатской диссертации, которая потом была издана как книга "Типовое и повторное строительство в России в XVIII–XIX веках", и начало работы в МАРХИ. Меньше года отец проработал на кафедре Основ архитектурного проектирования и перешёл на кафедру Градостроительства, в те времена, наверное, самую развивающуюся и важную в институте. На фотографии, где Сергей Сергеевич окружён учениками — градовцами можно узнать молодых преподавателей Илью Георгиевича Лежаву и Евгения Сергеевича Русакова. Эта группа провожала папу в далёкую Бирму, у нас хранится красивый альбом, нарисованный ими своему профессору.


Альбом, студенты МАрхи, 1966 г.


Бирма, 1960 г.


Бирма, с дочерью (1960 г.)


Локатейпан, 1963 г.


Упалитейн, 1963 г.

В 1966 году папу командировали в Мьянму, тогда она называлась Бирмой. Советский Союз активно помогал странам, освободившимся от колониального ига, и многие советские архитекторы работали над проектами больниц, театров, жилых домов и промышленных сооружений для далёких африканских и азиатских стран. Выбор страны был абсолютно случаен, отца оформляли в Пакистан в Лахору, но сидевший за соседним столом чиновник обратился к своему коллеге: "Мне специалист в Рангунский технологический нужен", и папа пересел за соседний стол. Правда, бирманцы в случайность не верят. Накануне этого события произошло следующее: мои родители проводили выходные на даче у Ранинских, которая находилась в районе станции Голицыно. Весёлая компания сидела на берегу речки и мама ковыряла каблуком рыхлую землю берега. Из-под ноги выкатился комок земли, который оказался бронзовой фигуркой Будды из Непала. И вот судьба, или карма, привела моих родителей в Бирму, об искусстве и архитектуре которой они написали книги, защитили диссертации (моя мама Нина Ивановна Ожегова была искусствоведом) и где остались их друзья и ученики.

Ученики Сергея Сергеевича Ожегова разбросаны по всему свету. Его имя с теплом и уважением вспоминают во многих городах и странах. Я думаю, что эта хорошая реклама моему родному институту МАРХИ, с которым теперь связана и моя жизнь.


МАрхИ, 1980-е гг.


На практике со студентами, 1960-е гг.

Закончил МАРХИ и стал архитектором мой сын Михаил Спирин, пошёл по стопам деда, работает в ГУП НИиПИ Генплана Москвы. Мы продолжаем архитектурную династию, и, может быть, кто-то из правнуков Сергея Сергеевича, которых уже трое наследует профессию родителей (моя невестка Мария Родионовская архитектор, дочь архитектора и выпускница МАРХИ).


Прадед, рисунок Святослава (2015 г.)

Екатерина Сергеевна Ожегова